Медиа Пульс » Главные новости » Смертельное оружие

Смертельное оружие

1 января 1970
Смертельное оружие

ЮДЕНИЧ Марина
У меня плохие новости.
Нет, не для всех. Исключительно для тех, кто любит рассказывать (может, искренне заблуждаясь, а может, по каким другим причинам) о «маршах миллионов», которые собирает под свои знамёна политический блогер Навальный. О том, что на встречу с блогером в городах страны приходят тысячи — да что там тысячи, десятки тысяч! — людей, которые в едином порыве вот-вот сметут действующую власть и, широко шагая в революционных колоннах, на руках внесут Лёшу Навального в Спасские ворота Кремля.
Для них новости у меня будут плохие и даже очень плохие: Кремль взял на вооружение не новое, но воистину смертельное оружие. Имя ему — дрон. Да-да, маленький, несложный и не то чтобы очень дорогой аппарат, который может позволить себе едва ли не каждый желающий.
Самым обидным в этой истории для адептов секты Навального должно быть то, что дроны долгое время были именно оружием революционного блогерства. Дроны кружили над государственными резиденциями и частными домами людей, которым политический блогер посвящал свои расследования, доставляя картинку, которую потом можно было радостно демонстрировать в сети, потрясая умы и сердца интересующихся граждан размерами особняков и угодий. Смакуя детали и упиваясь подробностями. И вдруг…
Не знаю, кто первым из чиновников или каких других близких к власти людей придумал использовать дроны против революционных блогеров, но этот человек, в сущности, вбил последний гвоздь в тот гроб, в котором навсегда упокоилась репутация Навального как вождя каких бы то ни было масс.
Нет, знающие люди не сомневались в этом никогда. Сомнения были и у сколь-нибудь думающей аудитории. Но просмотры и репосты в сети (да-да, те самые лайки и шеры, столь дорогие сердцу каждого сетевого человека) всё же имели место быть.
А ещё были фото и видео, на которых, казалось бы, много народу собиралось на встречи, выходило на митинги, шло в маршах.
Да, повторюсь, те, кто хоть немного разбирается в том, как организованы массовые мероприятия и их информационное сопровождение, знает одно из главных правил: численность толпы невозможно оценить, находясь в толпе.
Человеку, находящемуся в плотной группе людей (даже если этих людей не больше десятка), всегда кажется, что вокруг — огромная толпа. Причём чем плотнее стоят люди, тем большей кажется их численность.
Это же в полной мере касается фото и видео. Съёмка внутри группы людей всегда даёт ощущение большого их скопления. Съёмка со сцены (при условии, что перспектива не слишком велика) тоже даёт ощущение плотной толпы.
Это азбука.
Но азбука и то, что человеческое сознание больше доверяет картинке и хлёсткому заготовку, нежели доводам, изложенным последовательно и спокойно. Вот на основе этого феномена долгое время и существовал миф о том, что на протестные акции Навального — и не только его — приходят несметные толпы людей.
— Нас собралось сегодня сто тысяч!
— Да нет же, через рамки металлоискателей прошло всего три тысячи человек.
— Ха-ха-ха! Как можно верить официальной информации! Власть врёт, потому что боится.
— Но вот же люди, которые там тоже были, пишут…
— Какие люди?! Это ольгинские тролли, агенты Кремля, опера из отдела «Э», они все врут. Потому что боятся.
— Но я сам…
— Вы все врёте. Потому что боитесь. Нас было сто тысяч. Или даже триста.
Я практически ничего не преувеличила сейчас. Диалог почти дословный, и он почти обязательно происходил, причём не единожды, после каждого оппозиционного мероприятия.
Человек, далёкий от политической кухни, терялся и не мог понять, кому верить. А вдруг на самом деле? Власть боится и врёт. Врёт, потому что боится. И революция уже на пороге. И куда бедному крестьянину податься? Как-то так.
Да, этим грешил не только Навальный. Людям, организующим массовые действа, всегда хочется преувеличить их масштаб. Просто Навальный возвёл виртуальность в абсолют.
Он не приукрашивает реальность — он просто создаёт виртуальную, альтернативную. А вернее — перевёрнутую. В которой всё придумано и всё неправда, начиная с самой фигуры вождя.
Меня иногда спрашивают, почему я называю Навального политическим блогером. Тут всё просто: это единственный подтверждённый его статус. Всё прочее существует исключительно в придуманном мире. Адвокатская практика, политический вес, массовая поддержка — всё виртуальное, как лайки, шеры и просмотры, накрученные посредством дешёвого китайского трафика.
В какой-то момент, уверовав в безусловную доказательную силу правильного ракурса, команда Навального взяла на работу будто бы популярного фотографа Фельдмана. Насколько и где популярен Фельдман, я не знаю — ну не Картье он Брессон и даже не Владимир Клавихо, — однако ни судить, не спорить по этому поводу не возьмусь.
Впрочем, надо признать, фотографии с мероприятий Навального приобрели некий налёт художественности. Молодые лица в плотном строю, красные шарики, горящие глаза, пионерский задор, юношеский максимализм — всё вот такое, нарядное.
Не просто свидетельство, но иллюстрация.
К примеру, на митинге в Ижевске (на следующий день после обрушения дома) Фельдман дал крупный план чёрной ленточки на куртке Навального.
Задумку правда свёл на нет соратник и сторонник — Владимир Милов, — сопроводив фотографию всё того же Фельдмана текстом: «В Ижевске всё хорошо))). Операция властей по срыву митинга Навального провалилась».
Всё хорошо. Первый день траура по погибшим.
Понимаете, реальность всегда в конечном счёте сильнее. Она проступает сквозь нарядную картинку виртуального мира — и тот рассеивается, как туман. И всё становится ясно.
И как ни старался фотограф Фельдман сваять образ скорбящего народного вождя, реальная история немедленно проявилась сквозь придуманную. Плевать им было на погибших людей. В Ижевске всё хорошо. Смайлик.
Но вернёмся к дронам. Власть (или какие-то иные тайные недоброжелатели Навального) стали запускать их повсюду, где политический блогер собирал свою паству.
Картинки с дронов были не такими нарядными, как у фотографа Фельдмана, в них не было ни намёка на художественность, чувство стиля и цвета. Не играли краски. Не горели ничьи глаза и даже шарики не выглядели праздничными. Скажу больше: они были тусклыми, потому что в России сейчас поздняя осень, когда облетели уже воспетые поэтом багрец и золото — осталась одна холодная серая изморозь.
И в этой унылой изморози одиноко топтались у сцены несколько сотен голов.
Нет, я про «головы» не для того, чтобы кого-то обидеть. Просто сверху видны исключительно головы. При желании головы можно посчитать — и станет ясно: на встречу с политическим блогером Навальным приходит очень мало людей. До смешного мало. Если эту малость всё же умножить на количество городов, можно без труда вывести число сторонников.
И с этим никакая виртуальная реальность уже ничего не может поделать.
И удивительно только одно: почему прежде — а нам ведь так долго рассказывали про «марши миллионов» — никто не догадался пустить в небо дроны.

Источник

Источник - Русская весна (rusnext.ru)
Автор: mediapuls
Прочитали - 173
Распечатать
Комментировать