Главная > Новороссия > Дневник «Варяга»: Январь 2015. Возвращение на фронт…

Дневник «Варяга»: Январь 2015. Возвращение на фронт…


26 августа 2015. Разместил: mediapuls
Дневник «Варяга»: Январь 2015. Возвращение на фронт…

Новый год начался, как и у всех обывателей, празднованием нового года и Рождества Христова….


Тут я ничем не отличался от обычных граждан нашей молодой Республики. Несмотря на войну и разрушения народ праздновал Новогодние праздники, как будто и не было тяжелого года революции и войны. Народ гулял, и я Ваш покойный слуга ничем не отличался от всех остальных граждан нашей страны, за исключением тех, кто продолжал проливать кровь, обороняя наши рубежи и сдерживая натиск противника.


Но праздники имеют свойства заканчиваться и как бы я этого не хотел мне надо было возвращаться к своим обязанностям военного коменданта Ленинского района г. Донецка. Военная полиция ДНР уже на каждом углу кричала о том что, мы являемся ОПГ.


Тем не менее, мы продолжали нести свою службу и решать множество вопросов. Где-то прорвала отопительная система? Не вопрос. Мы нашли трубы и все починили коммунальщики. У какой-то мамочки нет денег на оплату детсадика? Не вопрос, мы выложим из своего кармана. Надо пресечь нелегальную торговлю? Мы даем налоговой свой патруль. Мы выполняли огромный пласт работы, и при этом не числились не за одним ведомством.


Но мы были. И в этом огромная заслуга людей, которые увидели в нас тех, с кем можно работать. И отдельное спасибо человеку, который занимал должность военного коменданта г. Донецка – Караиму. Это тот человек, который являлся цементирующим элементом нашей структуры и который решал множество вопрос обеспечения наших ребят и все структуры.


После Рождества он собрал нас всех в актовом зале нашей комендатуры и объявил о том, что мы преобразуемся в Республиканскую Гвардию и скоро должны были убыть на фронт, практически весь рядовой состав принял данную весть с радостью. Тем более, что в это время вовсю шли бои за аэропорт и была повержена «Мама» (так украинские силовики называли диспетчерскую вышку), а мы сидели в тылу…


Наш офицерский состав не совсем радостно воспринял эту новость, так как уже начали отвыкать от войны, но пошли за мной.


17 января был взят аэропорт, или вернее что от него осталось… Место ставшее символом героизма для обеих сторон, полностью перешел под наш контроль. За аэропорт бились без малого восемь месяцев. За это время у украинцев сложилась целая героическая песнь и появились свои герои – киборги. Без сомнения киборги войдут в новейшую историю Украина, и на их примерах будут воспитываться будущие поколения. Если Украина, как государство будет существовать, а не погрузится в пучину Руины.


Итак, аэропорт взят. Усиливаются обстрелы Донецка, появляются многочисленные ДРГ противника на улицах наших городов. Глава государства объявляет освободительный поход на оккупированные территории (правда он закончится лишь окружением противника на Дебальцевском выступе и зачисткой сего котла, и попутно очередным «Минском»).


Выступление «Папы» мы встречаем с воодушевлением, ждем приказа на зачисление в Гвардию и выступление на передовую. В день падения аэропорта, нас вызывают на совещание в штаб, формирующийся Республиканской Гвардии. Встречаю там старого знакомца, с которым мы воевали еще летом под этим самым аэропортом – добровольца из России с позывным «Чук». Радуемся оба что живы и поздравляем друг друга со взятием. Знакомлюсь с человеком под командованием, которого мне потом будет суждено служить, моим будущим комбатом – Евгением Котом. Этот невысокий человек, в голубом берете, источал мужество, силу и непоколебимую веру в победу и как то сразу заставлял уважать его одним своим видом.


Это настоящий военный. Даже не военный, а воин. Истинный сын Русского народа, начавший службу в Белоруссии, на сломе времен, когда распадался СССР, он продолжил служить, прошел две Чечни. Осетию и многие другие конфликты. Так как жена его родом из Мариуполя, он в тяжелый момент мог остаться в Москве, но поддержал Русское восстание да Донбассе. Был комендантом Кожевни, был в окружение, пробил выход на границу с РФ для нашей Республики, участвовал в летнем нашем наступлении и получил ранение в печень в Старобешево.


В общем, где бы ни было жарко, везде был он. И всегда побеждал. В зале для совещаний, мы просидели около двух часов, ожидая прибытия Вани «Русского», командующего Республиканской Гвардии. Пока ждали, обменивались опытом, присматривались друг к другу, рассказывали байки, чем еще заниматься воинам, когда они собираются вместе? И вот, наконец, приехал Ваня. Поздравил нас со взятием аэропорта и объявил о том, что мы все приняты в состав Гвардии, указ о ее создании уже подписан Главой. Мы разъехались.


Я поехал на встречу с деловыми и чиновничьими кругами некоторых районов Донецка. Караим уехал на встречу со своим бывшим командиром. А Кот уехал на фронт. Именно он на следующий день остановить танковый прорыв украинских войск в районе путиловского моста.


В понедельник был светлый праздник Крещения. Мы поддерживали порядок на ставке в Буденновском районе Донецка. Я, Балу, Малу, Жора Питерский и Чела были откомандированы на крещенское купание от комендатуры. Позже еще подъехал Сфинкс и Егор. Нас пригласили выпить за праздник сотрудники Буденновского райисполкома с которыми у меня до сих пор хорошие отношения. Мы выпили под грохот артиллерийских разрывов и разъехались каждый по своим делам. Я, Жора. Чела и его жена поехали к моему другу Вите на мой родной поселок.


Спустя несколько часов мне перезвонил Сфинкс и сообщил о том, что нашему подразделению приказано выдвинутся в усиление ребятам из «Востока», которые сдерживали натиск украинцев со стороны Песок. Кратко даю указания взять с собой только проверенных бойцов, только тех, кто уже участвовал в боях. Порываюсь самому уехать с ними, но меня осаживают. Мол, выпивший уже и куда тебе ехать, уедешь в следующую ротацию. Соглашаюсь.


Утром мне перезванивает Караим, который уехал с нашей группой и говорит, чтобы я ехал в штаб, так являюсь его замом и мне надо быть на совещании. Приезжаю. Вновь встречаю Кота. Кот говорит, что он теперь командир нашего батальона и назначает Караима своим начальником штаба. Я говорю, что Караимыч на передовой. Кот отвечает, что его вызвал. Приезжает Караим. Грязный, пропахший пороховыми дымами и костром. В белых повязках, что дает возможность определить своего-чужого (укропы носят повязки, намотанные из желтого скотча).


Комбат объявляет Караиму о его назначении и предлагает назначить нового командира роты. Караим предлагает меня, Кот поздравляет, я еще не знаю, что ждет меня впереди.


По возвращении в часть пытаюсь наладить воинскую жизнь, теперь уже в условиях боевой обстановки. Караим всячески мне в этом помогает. Балу сразу сказывается больным и ложится в больницу, Малу остается на постоянном дежурстве в расположении, ибо мама его категорически отказывается отпускать на фронт. На следующий день я встречаюсь со своим старым другом и соратником – футбольным хулиганом Егором. Теперь он служит в легендарном батальоне «Сомали». Мы не виделись довольно давно, и нам есть, что рассказать друг другу. Привожу его к себе в штаб, общаемся. Раздается звонок на мой мобильник. Звонит Антон. Антон находится на передовой. Чую что-то не ладное. Поднимаю трубку:


- Алло.


- Алло, Санек, Таксист погиб – слышу встревоженный голос Тохи.


- Как? Это точно? Может это ошибка? – я не хочу в это верить.


- Я сам ему руки слаживал, попал под обстрел «Градов» и погиб. С ним еще два человека, - отвечает Антон, – его сейчас везут в морг.


- Я понял, – отвечаю и кладу трубку. У меня наворачиваются слезы, я вспоминаю случайную встречу с Таксистом на Калининском рынке 31 декабря. Он ходил за покупками к празднику с женой, увидев меня радостно машет мне рукой и улыбается. Сразу же набираю «Шекспира»:


- Алло, Паша, Таксиста больше нет, – говорю я как можно тверже.


- Как это произошло? – спрашивает «Шекспир».


- Под Песками накрыло «Градами», – отвечаю я, – надо в интернет написать некролог какой-то.


- Я понял, – отвечает «Шекспир» и кладет трубку.


Егор понимает, что у меня больше нет настроения, прощается и уходит. Приезжает Караим и говорит о том, что надо сообщить родственникам. Я не могу себе представить, как это сделать. Как прийти к жене и ребенку и сказать, что их любимого мужа и отца больше нет, и они его никогда не увидят живым. Тем не менее, это надо делать.


Узнаю где он жил. Беру с собой Сфинкса и Егора и мы едим, заходим к нему домой. Жена открывает двери и все понимает без слов. Тем не менее, отказывается верить. Мы подтверждаем все ее догадки и уходим, обещая помочь в деле похорон.


И на следующий день, не в силах сдержать свои эмоции я уезжаю на фронт. На бункер к своим ребятам чтобы побыть с ними на передки и узнать все проблемы, которые у них возникают. Я не хочу больше никого терять и если судьбе их забрать хочу уйти вместе с ними. Но дела роты и надвигающиеся похороны нашего боевого побратима вынуждают меня вернуться в тыл.


Мы с Караимом находим финансы на похороны. Продуктами и алкоголем помогает замечательная женщина – директор калининского рынка Лариса. И вот, в воскресенье мы прощаемся с нашим боевым товарищем, с Сергеем Юриком, с нашим «таксистом». Никто не может, да и не хочет сдержать слезы. После похорон, на которых мы дали прощальный салют из автоматов мы возвращаемся в расположение, где поминаем нашего боевого товарища, да и всех с кем нас сводила судьба и кого уже с нами нет. Наутро моя рота опять уходит на передовую, где у «Болямбы» случится нервный срыв в результате, которого от выстрелов и далеких разрывов его трясет до сих пор. Заканчивался январь, впереди нас ждал февраль и дебальцевское наступление, которое покроет славой наш батальон…


Александр Матюшин позывной «Варяг»


Вернуться назад